Архив номеров

Выберите номер: Архив номеров

знач.изм.
USD30/0979.681.0132
EUR30/0993.021.5447
  • № 392020-09-25
  • Газета недели в Нерюнгри
    ИС +7 (924) 877-65-56 (sms-сообщения, народная новость)
  • Новости
  • О газете
  • Подписка
  • Архив номеров
  • Каталог
  • Главная
  • Скачать архив в PDF

    • Настоящий холодолюб

      2017-08-180567На столе тарелка не очень крупного почищенного бело-розового хариуса, дымится кастрюля с молодой картошкой. По всей кухне устойчивый запах свежей рыбы - это значит, что хозяин вернулся с рыбалки.

      Я снова и снова вспоминаю подробности последнего путешествия. Сколько дней провёл на берегах таёжных речек - трудно уже сосчитать.

      Множество разных рыб пришлось переловить в поисках своего рыбацкого счастья - пескари, чебаки, окуни, налимы, щуки... Но самая распространённая рыба в наших южно-якутских реках - хариус стоит на особом почётном месте. Было время, когда в погоне за «тигром» горных рек - тайменем, я напрочь забыл о тихой, без суеты, охоте за жителем горных речушек – хариусом. Но пришёл час, когда больная нога не стала позволять наматывать сотни километров со спиннингом в руках в поисках краснопёрых тайменей, и я вспомнил о любимце - серебристом холодолюбе.

      По подсказке местного жителя - хатыминца Сергея Иванова, нам с напарником Володей Метельковым посоветовали свернуть с большой реки в малую протоку и там, у холодного ручья, попытаться закинуть свои удочки. Доводы Сергея оказались убедительными. Во-первых, стояла жара - больше тридцати градусов, и вода в большом Алдане прогрелась, как в ванной. Во-вторых, рыбы в больших реках сейчас почти нет. Только в тихих прогретых заводях дремлют зубастые щуки, да в донных водорослях охотятся за мальком полосатые окуни. Наши северные рыбы: таймени, ленки, хариусы задыхаются в прогретых солнцем чистых водах, они ищут места, где ключи питают холодом реку. Там пережидают знойное время, там охотятся и жируют, бывает даже в 20-30 см от берега.

      Вода в глухой протоке оказалась заметно холоднее, чем в основной реке. Ополаскиваем лицо и руки студёной водой, пьём. Это непродуваемое место оказалось раем для слепней, оводов, мелких мошек. Вся эта кусачая братия набросилась на нас. Для людей и животных кровососы - сущий ад, для многих видов воробьиных птиц - корм, а для ленков и хариусов - настоящий летний деликатес.

      Ручеёк совсем мелкий, на дне виден каждый камешек. Откуда здесь рыба? Галечное дно просматривается полностью, хариусов не видно, но по опыту знаю, что хотя бы парочка отшельников здесь есть. Прежде чем закинуть снасти в прозрачные струи, ловлю на себе десяток слепней и паутов. Бросаю на воду этих полосатых насекомых.

      Насекомые не проплыли и трёх метров, как шлепки на воде достоверно указали, что здесь полно серебристых хищников. Ох, уж, этот рыбацкий эгоизм! Делиться радостью первого заброса никто не хочет, но долго вожусь с поплавком и мушкой. Володя уже поймал первого хариуса, и добыча шумно стучит хвостом по пластиковой посудине. Почему-то названное рыбаками «каном», куда привычнее называть это заплечное ведерко - побирушкой.

      Наживки летает вокруг нас полно. Стоит только махнуть ладонью, захватить жертву и наколоть насекомое на крючок. Можно рыбачить на искусственную мушку, на купленных в магазине «Медвежий угол» опарышей, но интереснее, по-старинке, на живого слепня или кузнечика. Заброс, бутылочная пробка и паут плывут рядом и вот сначала по поплавку, потом по наживке бьёт черный хвост, в ту же секунду поплавок и насекомое скрывается под водой. Резко подсекаю.

      Хариуса часто называют живой молнией. Так рыбаку нужно быть быстрее молнии, чтобы засечь крючком. Хариус - рыба сильная, вся его жизнь - сплошное движение. Пластиковое удилище согнулось в дугу, натянутая леска звенит. Чуден миг! Крупную рыбу, чтобы не сорвалась, не стоит торопиться поднимать, не надо спешить. Даю ей в её родном омуте побеситься, а потом уставшую вытягиваю на берег. Беру в руки. Хариус безмерно красив, весь переливается в лучах июльского солнца. Серебристая чешуя искусно окрашена так: от тёмно-чёрной спины серебро спускается плавно к брюху и там светлеет. Очень часто хариус принимает тот оттенок своего тела, как окрашено дно реки, в которой живет. Цвет бывает тёмно-синим, и бывает, что вода набросит на блестящую чешую вуаль жёлто-зелёного цвета. Особая гордость нашего героя - это его верхний плавник-парус. Здесь радуга красок огромная, есть в этой палитре и жёлтые, и синие, и фиолетовые оттенки. Только в крупном тридцати шестисантиметровом хариусе можно найти всю палитру красок, в мелком таких красок нет. Появятся они только после пяти-шести лет жизни. Хариус первый раз мечет икру на четвертом году жизни.

      Сейчас мне кажется, что эту рыбу я выдернул не из чистой речки, а из морозильной камеры, её тело пахнет холодом. Минуты две сжимают пальцы упругое тело речного акробата, но без воды хариус быстро засыпает и так же быстро меркнут его краски. Куда-то исчезли чёрные и тёмно-красные пятна с тела моей добычи, прилип к спине его огромный плавник-парус. Бросаю добытый трофей в кан и туда же срываю две горсти травы-осоки, чтобы рыба уснула.

      Рыбалка в таких местах скоротечна, за час вылавливается почти всё население чистого омута. Остаются только помеченные острым крючком, но сорвавшиеся, эти тоже могут клюнуть, нужно просто время. Стоит грамотно провести снасть по всем струям этого мини-водоёма. Сначала пусть приманка пройдёт ближней галечной косой, потом серединкой, затем ближе к лысому берегу и напоследок - под нависшими кустами. Там, под кустами, прячутся самые крупные силачи, и если бы их не потревожили, прожили бы они здесь всё лето, до белых снежных мух. Убежден, что хариус совсем не бродяга по речным просторам. Пришёл весной в свой дом, стал под облюбованный камень, и там будет охотиться всё лето. Замечено, что хариус хорошо видит и вверх, и вниз, и по бокам, но ловить будет добычу только в своей узкой струе и редко соблазнится бесплатным обедом у соседа. Горд и не подкупен, это не лещ или карп, которых приучают обильным кормом к месту ловли, и они готовы вырвать свою кашу из глотки товарища. Вытаскиваю несколько средних рыб и парочку огромных. Да так увлекся рыбалкой, что не заметил, как ушёл вниз по речке мой друг и ловит на следующем перекате.

      Собрался и я сменить место, но меня остановил другой рыбак – проворная норка. С крутого берега бесшумно соскользнуло её гибкое тело и сразу под воду, через двадцать секунд в её зубах уже бьётся добытый хариус-серебряк, примерно пятнадцати сантиметров. Я отложил в сторонку удочку и приготовил фотокамеру, чтобы сделать портрет этого речного рыболова, но прошёл час, и зверёк больше не объявился. В летнюю жару мало поймать рыбу, важно её правильно сохранить. Под солнцем быстро нагревается чёрная посудина, и добыча просто варится в этой «кастрюле». Нужно срочно освободить пойманных хариусов от внутренностей, присолить и поставить в холодный ключ, только тогда приготовленный деликатес хорошо сохранится и будет пахнуть свежими огурцами.

      За работой с ножом вспоминаю простенький анекдот про то, как чукча впервые пробует огурец и довольный говорит: «Хороший у вас фрукт, пахнет, как у меня дома хариус».

      Первые уроки по ловле хариуса преподал мне мой друг Виктор Боярченко в июне восьмидесятого года прошлого столетия. До мелочей помню знакомство с первой моей речкой Горбыллах: шелест перекатов, первые ночёвки в якутской тайге и, конечно, первые поклёвки удивительной рыбы – хариуса и даже ленков. С огромным сожалением вспоминаю те богатые рыбалки в двухчасовой пешей доступности. Богатые рыбой реки Горбыллах и Чульман, Амнунакта, Беркакит, Нерюнгри (осталось только название - река, где водится много хариусов) больше уже не восстановить. Можно выстроить новый дом, построить храм и даже новый городок, а вот гибнущую реку, даже живой ручеёк не восстановить никогда. Об этом мы, люди, почему-то забываем.

      Чем больше смотрю на быстро бегущую воду, на резкие всплески любимца, тем больше раскручивается клубок памяти. В поисках своей жар-рыбы стоптаны не одни пары охотничьих сапог, досталось и штанам. Для примера сделал тогда несколько дорогих снимков. Как настоящий каторжанин, я весь в лохмотьях сижу у костра с полной сковородой жареных хариусов. Прошли годы, и сейчас мне доставляет большое удовольствие смотреть на эти таёжные фото – воспоминания.

      В это летнее путешествие выполнил и давнее обещание самому себе - сходить к безымянному ключу. В двух километрах от реки есть в ключике ямка, где всегда живёт пяток голодных хариусов. Пять рыбок можно поймать и здесь, на большой воде, намного легче и проще, но сердцу не прикажешь, оно зовёт. Какое это было свидание! По еле заметной звериной тропе идти человеку не сладко - прыгать по скользким камням и перелазить через поваленные ветром толстенные лиственницы. Кора на погибших деревьях подопрела и без большого труда ножом наковырял в банку жирных бело-жёлтых короедов - изысканный деликатес для моей добычи.

      Но есть и приятные моменты. Спелые ягоды жимолости, величиной с дамский ноготь, прямо на пути, заросли синих ирисов и оранжевых лилий скрасили мой путь. Ручья почти не видно. Только слышно в камнях его журчание и чувствуется наполненный прохладой воздух. Вот она ямка, не больше десяти квадратных метров. Здесь у хариусов постное меню: редкий мотыль, комарик и нечаянно свалившийся жучек, и что бог пошлёт. Цепляю на крючок короеда, гулко в тишине булькнул поплавок и сразу же скрылся. Ждали меня хариусы. Здесь в тени тальников и чозений хариус особенно красивый, не стоит даже описывать серебристую красоту. Просто слов всё равно не хватит, скажу просто - живая радуга. Часто таких вот хариусов называют – бороздовик. За десять минут выволок из этой ямки шесть великанов.

      Довольный я присел на камень, теперь можно поразмышлять и успокоиться. Как жили полдюжины рыб в этом ограниченном пространстве, зачем стремились, какая сила влечёт странников в эту верную погибель. Эвенки называют такие природные водные котлы – рыбья смерть. Не пришел бы сегодня я, прибежала бы шустрая норка или соболь и перегрызли бы им глотки. Жаркое лето окончательно иссушило бы речку. Сколько бы я не всматривался в русло ключа, чтобы найти дорожку для эвакуации рыб, так и не усмотрел. Надеяться на летний паводок можно, а вдруг он не случится?!

      Много тайн и загадок хранит река. Одна из них жизнь любимца-хариуса. Всё от того, что горд и независим наш герой, он и отшельник, и может жить в стае, он разбойник и жар-рыба, он настоящий охотник. Любит холодную и кристально чистую воду. Ни какой горбушкой его не заставишь жить в грязной, пропитанной щелочью и нефтепродуктами протухшей воде. Таков хариус, давший своим присутствием имя городу Нерюнгри, в котором мы счастливо живем и трудимся.

       

      Юрий Коковин 

    • распечатать
    • отправить другу
    • Комментарии

      Имя
      E-mail
      Текст
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
       
      Отправить
      Сбросить

    Поздравления

    Посмотреть все поздравления ∨

    Топ 4

    Последние комментарии

      Объявления

      • Новости
      • О газете
      • Подписка
      • Архив номеров
      • Каталог
      • Главная